ISSN 1818-7447

об авторе

Луис Фелипе Фабре (Luis Felipe Fabre) родился в Мехико в 1974 году. Учился в Ибероамериканском университете, где в дальнейшем преподавал, затем изучал испанскую литературу в Университете Саламанки. Выпустил книги стихов «Cabaret Provenza» (2007), «La sodomía en la Nueva España» (2010), «Poemas de Terror y de Misterio» (2013), сборник эссе «Leyendo agujeros» (2005) и мистико-эротический роман «Declaración de las canciones oscuras» (2019), удостоенный Премии Элены Понятовской. Составил антологию новейшей мексиканской поэзии «Divino Tesoro» (2008). Редактор посвящённого современному искусству журнала «Galleta China».

Кирилл Корчагин родился в 1986 г. Окончил Московский институт радиотехники, электроники и автоматики. Кандидат филологических наук, работает в редакции журнала «Новое литературное обозрение» и Институте русского языка РАН. Участник ряда проектов по теоретической и прикладной лингвистике, редактор отдела поэзии альманаха «Транслит». Первая книга стихов «Пропозиции» вышла в 2011 году. Шорт-лист премии «Дебют» в номинации «поэзия» (2009), премия Андрея Белого в номинации «литературная критика и проекты» (2013).

Новая карта русской литературы

Другое наклонение

Четыре немецких поэта в переводе Дмитрия Кузьмина ; Луис Фелипе Фабре ; Октавио Кинтанилья ; Четыре англоязычных поэта в переводе Филиппа Николаева ; Три польских поэта в переводе Дмитрия Кузьмина

Луис Фелипе Фабре

Образ неведения

Образ неведения

                  по поводу стихотворения Хуана Карлоса Баутисты

Красный ботинок со сношенным каблуком

 

который, как вещь в себе, только

мечта об отсутствующей паре.

 

Ботинок, потерянный посреди ночи,

потерянный между двумя

шагами, посреди улицы.

 

Ботинок, из которого можно заключить

о наличии женщины, вероятно,

хромоногой и, возможно, несчастной.

 

Не просто ботинок: улика, чтобы раскрыть преступление.

 

Ботинок — это вопрос, на который

может ответить лишь второй ботинок.

Из «Заметок по поводу зомби-апокалипсиса»

*
(Opening song)

Эй, свитхарт, не ходи

вечерами по кладбищу:

не ходи

бухать на кладбище:

не ходи торчать на кладбище:

не будь такой готичной

этой ночью.

 

Потому что всё

становится странным; потому что можно

на руку

наткнуться, а где остальное тело — загадка;

потому что можно

на ухо

наткнуться, вот ещё одна

загадка и смеются зубы чёрт знает чьи;

 

потому что всё будет по хардкору:

эй, хани, послушай

эту дурацкую песенку: не ходи

отрываться на кладбище:

не ходи отрываться

 

на кладбище: не ходи

отрываться на кладбище: останься со мной

этой ночью.

*

Рука высовывается из могилы:

 

рука мертвеца который в конечном счёте уже не мертвец

или не такой уж мертвец: лишь немного подгнивший:

это рука зомби:

 

рука которая высовывается в конце фильма

чтобы объявить: финал — ещё не финал:

ждите вторую часть.

 

Это

та рука

которая произрастает из земли

как чудовищный кактус

в нелегальных канавах Мексики нашей.

 

Но руку эту никто не видел,

а если кто и видел, не говорит,

а если и говорит, то ему не верят,

а если и верят,

 

то верят, когда уже поздно:

 

согласно официальным данным

семьдесят тысяч зомби опустошают Мексику.

 

Рука корчится как улыбка на кнопке «выкл.»:

месть будет страшной!

*

Вот пустой пакет — белый, из пластика.

 

Пакет из супермаркета,

с которым ветер играет в привидения.

 

Пакет, который тащится по безлюдной улице

и взлетает

 

над улицей,

над домами, над фабриками, над зданиями,

он взлетает

 

над мёртвыми, над живыми, над зомби,

над нашим ничтожеством он взлетает

 

и взлетает над собой

и нас заставляет взглянуть на него:

 

вот пакет

пустой и парящий словно сердце святого:

аллилуйя, аллилуйя

*

1

 

Это всегда маленький триумф

встретить своего бывшего в облике зомби.

 

2

 

Выстрелишь ему в голову?

 

3

 

Выстрелишь в него ради выживания?

 

4

 

А ради мести?

А ради пощады?

А ради принципов?

 

5

 

Это всегда маленький триумф

встретить бывшего в облике зомби,

 

если только

бывший не окружён другими зомби,

когда ты безоружен.

 

6

 

Вопль.

 

7

 

Зомби: суровый антидот от некрофилии.

 

8

 

Как стриптиз в лепрозории: сюрприз, здесь нет ничего!

ни мяса, ни крови, ни кишок, ни костей — ничего.

*

1

 

«Все мы зомби»: сообщают

футболки, граффити, стенсилы, баннеры.

 

2

 

Потому что ты, потому что я, потому что мы

можем превратиться в зомби

защита зомби — это защита будущего.

 

3

 

Хочешь узнать будущее? Хочешь знать

что сулят тебе звёзды?

 

Позвони Амире: 01800 333 457.

 

4

 

Последние новости: Около восьми человек

на манифестации в защиту прав зомби

у ворот Национального дворца

были поглощены ордами живых мертвецов

и ни полиция ни армия не пришли им на помощь.

 

5

 

Окно: с другой стороны стекла выжидает зомби:

ах эта старая сказка про чудовище из зазеркалья.

The moon ain´t nothing but a broken dish

1

 

Джек Мендоса, продавец библий, холост, 57 лет,

никогда не учился играть на скрипке.

 

Это сомбреро,

ты зря его носишь

неужели, если снять его, небо на нас упадёт?

 

В этой инфернальной деревне

люди тают как брикеты мороженого.

 

и ты в своём чёрном костюме с галстуком-бабочкой:

ты идёшь с похорон?

 

Ты даже не потеешь, Джек,

и, если будешь ходить так, превратишься в кактус.

 

Дин-дон, дин-дон.

 

Джек Мендоса продаёт библии

в стране, где у всех уже есть по одной.

 

2

 

В твои глаза больше не лезет вся эта пустыня,

но на этой дороге никто не остановится ради тебя.

 

Смотри:

вот едут дома́ на колёсах

спасаясь от ипотеки.

 

Смотри:

множество на свете людей,

ставших белыми полосами на магистрали.

 

Но вот трейлер останавливается:

тому, кто убил свою блондинку,

нужно твоё алиби.

 

Тебе повезло, Джек.

 

3

 

Ряд домов словно сломанный поезд,

какие-то люди, пьющие пиво.

 

Уже 16.00, а ты не продал ни одной библии:

в таких случаях

можно и украсть у девочек апельсины.

 

Если бы у Джека Мендосы был пистолет,

пиф-паф, он ограбил бы банк.

 

4

 

В это время в кафе нет ни мошки,

только пыль занимает всё место.

 

Огромные груди этих сдобных официанток:

их имена вырезаны ножиком на деревьях

а в их сердцах все обитатели трейлеров.

 

Гамбургерное одиночество — это твоё,

Джек Мендоса, продавец библий, холост, 57 лет:

Иисус тебя любит.

 

Иисус тебя любит!

 

Но во́роны приходят умирать в твои глаза, и луна —

лишь разбитая тарелка, её в окно выбросила официантка.

 

5

 

Тук-тук: каждая дверь, в которую ты стучишь,

Джек Мендоса, продавец библий,

захлопывается перед тобой.

 

И твой нос от этого всё более плоский.

 

И уже развёртывается перед тобой

тёмная змея очередной улицы.

 

Все эти коровы смотрят сквозь шторы

чтобы увидеть как ты уходишь.

 

Но ты остаёшься как раньше.

 

Но ты остаёшься

и всё смотришь в одну точку.

 

Точку, перестающую быть точкой: воздух

прочерчивает траекторию мухи.

Перевод с испанского: Кирилл Корчагин